– Все очень просто. Я должен буду сказать Мустафе, куда ему идти, но Рахми еще не решил, где будет отмечать свой день рождения. Поэтому мне придется сообщить об этом Мустафе в последнюю минуту. И Рахми, по-видимому, окажется рядом со мной, когда раздастся телефонный звонок.

– И каково твое решение?

– Я позвоню тебе. И буду говорить всякую чепуху. Ни на что не обращай внимания, главное – это адрес. Позвони Мустафе, сообщи ему этот адрес и объясни, как туда добраться. – Вся эта история выглядела правдоподобной, когда Эллис ее придумал, но теперь все казалось неестественным.

Тем не менее Джейн, судя по всему, ничего на заподозрила.

– Вроде бы все в пределах допустимого, – сказала она.

– Хорошо, – оживленно сказал Эллис, скрывая облегчение.

– А после твоего звонка, когда ты будешь дома?

– Раньше чем через час. Я хочу подождать и посмотреть, чем обернется этот сюрприз, но не поеду туда на ленч.

Джейн задумчиво посмотрела на него.

– Пригласили тебя без меня.

Эллис пожал плечами.

– Я думаю, приглашены в основном мужчины. – Он протянул руку к блокноту на прикроватной тумбочке и написал «Мустафа» и номер телефона.

Джейн встала с постели и направилась прямо в ванную комнату. Войдя туда, включила кран. Сейчас у нее уже сменилось настроение. Улыбка исчезла с ее лица.

– Что тебе не по душе?

– Ничто, – проговорила Джейн. – Иногда мне не нравится, как твои друзья относятся ко мне.

– Но ты же знаешь, как турки относятся к девушкам.

– Именно – к девушкам. К респектабельным женщинам – по-другому. Но я-то девушка.

Эллис вздохнул.

– Стоит ли забивать себе голову доисторическими взглядами нескольких шовинистов? О чем ты действительно хочешь мне рассказать?